Записи с темой: взгрустнуло (список заголовков)
17:46 

R.I.P. Bubba Smith

Говорите интереснее, мне скучно
Для всех, кто вырос на "Полицейской академии", объявляется минута молчания.
Хайтауэр умер.



В этот раз он забросил мяч по-настоящему далеко.
Мы будем скучать.

@темы: взгрустнуло, кино

14:21 

Она умерла

Говорите интереснее, мне скучно
Она была на год младше у меня и у нее был один из лучших голосов, когда-либо приходивших на эту планету.
А больше нам ничего не нужно о ней знать.
А помнить ее нужно - такой:




@темы: взгрустнуло, видео, музыка

16:48 

Императорский серый сюртук

Говорите интереснее, мне скучно
Башлачеву - полтинник.
С ума сбрендить можно. Ему же двадцать семь было. И осталось.
А я уже его ровесница, хотя по факту он ровесник моей маме. В голове что-то гнется и трещит в попытках совместить временные пласты, и попускает только на волшебном "да какая уже разница".

Когда-то я собиралась писать по нему курсовую, юная наивная принцесса-филологесса (Принцесса - это был мой первый ник, привет всем, кто его помнит). А потом мой потенциальный научрук с кем-то поговорил и приватно мне сообщил, что лучше не надо. Не поймут и не пропустят.
Так умер мой единственный шанс хотя бы начать пытаться понимать, КАК он это делает. В какие точки прицельно вонзает тонкое серебряное шило, какими узорами нижет мелкий языковой бисер, на какую ширину раскидывает объятия, чтобы сделать далекое родным и единственно возможным в своей близости. Я ничего не знаю о Башлачеве-музыканте, но Башлачев-поэт невероятен. Таких больше не делают. Не из чего делать.
Сегодня все постят музыку, а я вывешу текст. Не дьявольски точное, очередями бьющее "Время колокольчиков", не срывающееся с края пропасти "От винта!", не инфернально-студеную "Петербургскую свадьбу". А песню, которую я любила петь на посиделках родного студенческого театра ("Время колокольчиков" я тоже любила петь, но сейчас бы повторить не осмелилась). Она проще всего остального Башлачева, но тем и забирает. Бессмысленный и беспощадный русский романтизм, непреклонно-трагическое двоемирие, невыносимая легкость тоски по несбывшемуся, пьяные хриплые сны о чем-то большем.

"Грибоедовский вальс".

В отдаленном совхозе "Победа"
Был потрепанный старенький "ЗИЛ".
А при нем был Степан Грибоедов,
И на "ЗИЛе" он воду возил.

Он справлялся с работой отлично.
Был по обыкновению пьян.
Словом, был человеком обычным
Водовоз Грибоедов Степан.

После бани он бегал на танцы.
Так и щупал бы баб до сих пор,
Но случился в деревне с сеансом
Выдающийся гипнотизер.

На заплеванной маленькой сцене
Он буквально творил чудеса.
Мужики выражали сомненье,
И таращили бабы глаза.

Он над темным народом смеялся.
И тогда, чтоб проверить обман,
Из последнего ряда поднялся
Водовоз Грибоедов Степан.

Он спокойно вошел на эстраду,
И мгновенно он был поражен
Гипнотическим опытным взглядом,
Словно финским точеным ножом.

И поплыли знакомые лица...
И приснился невиданный сон -
Видит он небо Аустерлица,
Он не Степка, а Наполеон!

Он увидел свои эскадроны.
Он услышал раскаты стрельбы
Он заметил чужие знамена
В окуляре подзорной трубы.

Но он легко оценил положенье
И движением властной руки
Дал приказ о начале сраженья
И направил в атаку полки.

Опаленный горячим азартом,
Он лупил в полковой барабан.
Был неистовым он Бонапартом,
Водовоз Грибоедов Степан.

Пели ядра, и в пламени битвы
Доставалось своим и врагам.
Он плевался словами молитвы
Незнакомым французским богам.

Вот и все. Бой окончен. Победа.
Враг повержен. Гвардейцы, шабаш!
Покачнулся Степан Грибоедов,
И слетела минутная блажь.

На заплеванной сцене райклуба
Он стоял, как стоял до сих пор.
А над ним скалил желтые зубы
Выдающийся гипнотизер.

Он домой возвратился под вечер
И глушил самогон до утра.
Всюду чудился запах картечи
И повсюду кричали "Ура!"

Спохватились о нем только в среду.
Дверь сломали и в хату вошли.
А на них водовоз Грибоедов,
Улыбаясь, глядел из петли.

Он смотрел голубыми глазами.
Треуголка упала из рук.
И на нем был залитый слезами
Императорский серый сюртук.


@темы: взгрустнуло, чужие стихи

19:15 

Про жизнь, наверное

Говорите интереснее, мне скучно
Сегодня я поняла, что мне какое-то недолгое последнее время совсем ничего не хочется писать и говорить о больших прекрасных людях, которые - ну так все устроено - нас покидают. Уход стал видеться мне жирной точкой, завершающей-закругляющей толстую книгу - жизнь, полную и настоящую. Нет отчего-то ощущения обрыва на полуслове - особенно когда речь идет о долгих жизнях. Все правильно, на этом построен мир. Так дОлжно - мирно и неспешно дошлепать до края личной карты, разрисованной твоими стараниями, заглянуть туда, где уже водятся чудовища, и уйти в это белое безмолвие, в шум радиопомех, не озаботившись помахать на прощание тем, кто отчаянно подпрыгивает, пытаясь заглянуть в открытую дверь из-за плеча путника. Они были, они проросли в нас глубже, чем мы, быть может, это сознаем, а значит - так или иначе будут жить. Пока это единственное бессмертие, о котором можно говорить с какой-никакой уверенностью.

Но все это не формулировалось до сегодняшнего дня, когда я наткнулась на некролог JDS с самой правильной фразой, какую только можно было сказать о нем:
"Джерому Дэвиду Сэлинджеру удалось то, что мало кому удается: он прожил свою жизнь как хотел".

В этом-то и все дело, и самое главное искусство: жить жизнь так, как хочешь, а уходя, выключить свет и закрыть за собой дверь.

А нам остались тексты, проросшие в нас. Как писал другой хлопнувший дверью - "Зерна упали в землю, зерна просят дождя". Марк Чепмэн тоже считал себя Холденом Колфилдом. А кто из нас - не он? Дело сеятеля - сеять, но он и представить себе не может, что из этого может порой вырасти.
Потому что "чтение книг - полезная вещь, но опасная, как динамит". Такие дела.


@темы: взгрустнуло, книги, ссылки

Я здесь не живу

главная